Квартира на берегу озера Комо



Итальянец Массимо Мольтрасио купил себе квартиру на берегу озера Комо и собрал в ней целую коллекцию семейных реликвий.

“Хотя здание пустовало лет тридцать и выглядело плохо, а сад полностью зарос, это место меня очаровало”, – рассказывает Мольтрасио, который в итоге созвонился с владельцем, уговорил его поделить старинный особняк на несколько квартир и купил себе жилище на первом этаже и старую теплицу в придачу, которую соединил с основным зданием подземной галереей.  Однажды, прогуливаясь в окрестнос­тях озера Комо, Массимо Мольтрасио увидел заброшенный дом XVIII века и перелез через забор, чтобы сделать пару фотографий.

В гостиной журнальный столик по дизайну Ико ­Паризи, зеркало 1920‑х годов, Seguso, и кресла 1960‑х ­годов.

В гостиной журнальный столик по дизайну Ико ­Паризи, зеркало 1920‑х годов, Seguso, и кресла 1960‑х ­годов.

Чтобы расширить жилое пространство, Массимо освоил полуподвал, где теперь находится его спальня – достаточно просторная, чтобы в ней уместился бассейн. Планировку новый хозяин практически не менял. На окнах спальни появились жалюзи, наполняющие комнату игрой света и тени. Он небольшой, но ровно такого размера, чтобы отмокать, не касаясь дна и бортиков, словно в невесомости. – Как только я сюда въехал, сразу почувствовал себя дома, словно прожил в этом месте тысячу лет”. “Мне нравится, что из моего дома видно природу, озеро и кусочек городка Комо, при этом сам я остаюсь как бы в тени, – говорит хозяин.

Самые новые вещи в доме — диван и приставной столик, все Baxter. На стене коллаж американского художника Г. Брэдли Родса.

На стене коллаж американского художника Г. Брэдли Родса. Самые новые вещи в доме — диван и приставной столик, все Baxter.

“Когда я выбираю вещи для дома, то действую импульсивно. Обустройством интерьера Массимо занимался сам. Для меня дом – это место, где тебя окружают воспоминания”, – говорит он. Я не верю в чистоту стиля – такие интерьеры выглядят искусственно. “Когда я был маленьким, у них гардеробная была со стенами цвета шалфея, белыми полами и темно-коричневыми шкафами, обитыми с внутренней стороны тканью того же серо-зеленого оттенка. Например, краску для стен в гостиной он выбирал с оглядкой на дом своих родителей. Мне очень нравится эта комбинация, так что я решил воссоздать ее у себя дома”, – рассказывает Массимо, который развесил поверх шалфейных стен ­семейные портреты.

Фрагмент гостиной. За винтажным креслом, Cassina, антикварный комод и ­работа Дэвида Симпсона.

За винтажным креслом, Cassina, антикварный комод и ­работа Дэвида Симпсона. Фрагмент гостиной.

“Было непросто соединить вещи и предметы искусства в разных стилях и созданные в разные эпохи. Получившийся интерьер выглядит эклектично. Но жертвовать семейными реликвиями я не был готов!” – смеется Массимо. 

Гостиная. Шезлонг по дизайну Рэй и Чарлза Имз; ковер — работа дизайнера Елены Кароцци. Стулья 1960-х годов, Cassina. На стене картина Клауса Виттура, а в нише справа от нее можно рассмотреть черно-белую фотографию бабушки хозяина.

Шезлонг по дизайну Рэй и Чарлза Имз; ковер — работа дизайнера Елены Кароцци. Гостиная. На стене картина Клауса Виттура, а в нише справа от нее можно рассмотреть черно-белую фотографию бабушки хозяина. Стулья 1960-х годов, Cassina.

Например, фамильная коллекция искусства включает одну из работ Роберта Раушенберга, которая теперь украшает его спальню. Надо сказать, что нашему герою досталось солидное наследство. Так, единственным декоративным предметом, допущенным в минималистскую кухню, стал поднос, который когда-то расписала бабушка Массимо.  Хотя сентиментальная ценность вещей для нашего героя порой куда важнее их рыночной стоимости.

В столовой — стол из восстановленного дерева, Costanza Algranti; светильник по дизайну Джо Понти; стулья 1960-х годов.

В столовой — стол из восстановленного дерева, Costanza Algranti; светильник по дизайну Джо Понти; стулья 1960-х годов.

Черно-белая картина, которая висит в гостиной над имзовским шезлонгом, по словам Массимо, запала ему в душу с первого взгляда, и неслучайно. Новые вещи он тоже покупает главным образом из ностальгических чувств. – Мне сразу бросилось в глаза, насколько они похожи, так что я не мог отказать себе в удовольствии купить эту работу и повесить ее рядом с фотографией”. “У меня есть старая фотография, на которой изображена моя бабушка, склонившаяся над парапетом моста где-то в Париже, – рассказывает он.

Спальня. За скамьей в изножье кровати находится небольшой бассейн в окружении предметов искусства. На стене слева — панно 1867 года, а на переднем плане подвешенный на металлических направляющих принт Роберта Раушенберга.

За скамьей в изножье кровати находится небольшой бассейн в окружении предметов искусства. Спальня. На стене слева — панно 1867 года, а на переднем плане подвешенный на металлических направляющих принт Роберта Раушенберга.

И они здесь абсолютно на своем месте – надо же продолжать семейные традиции. Там же, в гостиной, находится еще несколько новых предметов – большой кожаный диван с приставными столиками и висящая за ним картина.

Вид на Комо из сада, ­окружающего дом.

Вид на Комо из сада, ­окружающего дом.

Окна полуподвального этажа защищают от солнца терракотовые жалюзи.

Окна полуподвального этажа защищают от солнца терракотовые жалюзи.



Ваш комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*